Каким будет третий сезон «Моста»?

В Норвегии Bron|Broen показывает канал NRK, поэтому на их сайте висит статья-размышление о третьем сезоне. Вот ее литературный перевод. Кстати, Гугл, который помогал мне переводить текст с букмола, на голубом глазу сообщил, что «клиффхэнгер» — это «алматинский скалолаз».

Злодеи «Моста» могут быть не раскрыты никогда

Примечание: спойлеры!

В понедельник вечером 650 000 зрителей узнали, кто был в сговоре с Оливером Нордегреном, как экотеррористы планировали распространить свой смертельный вирус и какова была основная цель их атак.

Но верные зрители «Моста» были оставлены с несколькими вопросами без ответа: кто на самом деле является идейным вдохновителем экологического терроризма, какое преступление совершила Сага, чтобы укротить своих родителей и действительно ли Мартин Роде убил Йенса в тюрьме?

Датчанин Мартин Роде (Ким Бодния) и шведка Сага Норьен (София Хелин), уже один раз поймавшие датско-шведского преступника. ФОТО: NIMBUS FILM / NRK
Датчанин Мартин Роде (Ким Бодния) и шведка Сага Норьен (София Хелин), уже один раз поймавшие датско-шведского преступника.
ФОТО: NIMBUS FILM / NRK

Еще «клиффхэнгеры»

Нет уверенности, что мы получим ответы на все эти вопросы в следующем сезоне. Сценарист Ханс Розенфельд не обещает, что повествование снова вернется к неведомой организации, стоявшей за преступлениями второго сезона.

— Посмотрим. Мы говорили об этом и вписали их в повествование, но это зависит и от того, как будет воспринят конец второго сезона и почувствует ли аудитория необходимость узнать больше о тех, кто застрелил Гертруду. В настоящее время мы рассматриваем все имеющиеся возможности, — сообщил Розенфельд шведскому изданию Expressen.

Работа над сюжетом следующего сезона в самом разгаре, что позволяет предположить, что премьера состоится осенью 2015. В настоящее время ни Ким Бодния, ни София Хелин не подписали контракт на третий сезон, но оба ответили положительно на предложение сняться в продолжении сериала «Мост».

Ханс Розенфельд тоже, впрочем, не спешит делиться деталями, касающимися третьего сезона.

— Преступник не будет взаимодействовать с полицией так же, как в первых двух сезонах, — говорит шведский писатель.

Норвежское

На самом деле, высока вероятность, что Эресуннский мост не будет вовлечен в завязку нового сезона. Розенфельд в любом случае совершенно уверен, что мост итак достаточно мощно выступил в первых сериях первого и второго сезонов, когда на нем было обнаружено расчлененное тело или когда в его опору врезалось неуправляемое судно с зараженными подростками в трюме.

Однако, NRK.no обнаружил, что в следующем сезоне в повествование будет введен персонаж-норвежец, который появится на экране во всех десяти эпизодах.

— Мы считаем, что это очень хорошо, что такая большая доля норвежских телезрителей смотрят «Мост». Поэтому мы хотим внести немного норвежского в третий сезон, — сказал датский писатель Николай Шерфиг NRK.

Во втором сезоне уже появлялся норвежский актер. Якоб Офтенбро сыграл большую роль датского экологического террориста.

Также не будет столь заметного временного скачка, как между действиями первого и второго сезонов, где мы встретились с Мартином и Сагой через 13 месяцев. Сюжет третьего сезона начнется не более, чем через 1-2 месяца с того момента, на котором мы остановились в понедельник вечером, 25 ноября 2013 года.

Перемены у Саги

Несколько раз сценаристов «Моста» критиковали за то, как они прописали Сагу. Большинство телезрителей и рецензентов интерпретировали отсутствие у персонажа сопереживания и социальных навыков как признаки синдрома Аспергера, и писатель Гру Дале — среди тех, кто раскритиковал сериал за раздувание мифов о людях с синдромом Аспергера.

Теперь Ханс Розенфельд признает, что они сделали ошибку во втором сезоне, использовав поведение Саги как комический элемент.

— Мы были очень довольны Сагой в первом сезоне, но, возможно, мы были слишком влюблены в нее. Мы написали несколько сцен во втором сезоне, которые были предназначены лишь для комического контраста, всего лишь пара смешных сцен с Сагой. Этого оказалось достаточно, чтобы люди прореагировали и дали нам понять, что мы немного заигрались, — говорит Розенфельд в интервью NRK.

В следующем сезоне сценаристы обещают смягчить карикатурные аспекты личности популярного и очень-очень необычного следователя.

Кто убил Йенса?

Хотя мы можем никогда не получить ответы о всех тех, кто стоял за событиями прошедшего сезона, будет очень трудно избежать разъяснений по поводу ареста Мартина Роде за убийство Йенса. Действительно ли Сага права в своих подозрениях, что Мартин, ее единственный друг, убил человека, убившего его сына в первом сезоне?

— Рискуя раскрыть слишком много, я предпочту ответить дипломатично: Сага пока ни разу не ошиблась, — говорит Ханс Розенфельд в интервью Expressen.

Wallander (SE)

wallander-outracoisa-1024x576

Шведский Валландер дюже страшный, даром что процедурал. Не знаю, почему он производит такое впечатление. Здесь нет никаких особенно жестоких преступлений, которых бы нам не показали американцы, здесь почти нет крови. Однако, шведы постоянно делают шажок чуть дальше: там, где американцы ограничились бы словесным описанием насильственных действий и демонстрацией сочувствующей гримаски женщины-полицейского, то шведы показывают чуть больше. Вот жертва залезла в фургон, сама, никто ее не заталкивал, следом забрался ее насильник. Жертва в душе , в одежде, рыдает и слышит, как беспомощны ее родители: она ничего не может им рассказать. Картинка целомудренная и страшная-страшная-страшная. Там, где у американцев получается набросок преступления, шведы разыгрывают настоящую драму. Может быть, причиной тому тот самый узнаваемый скандинавский штришок — безысходность, которой пронизан видеоряд и тягучий минорный саундрек — на котором выросло целое направление в кинематографе. Плюс общественность не дозволяет американскому телевидению показывать убийство животных, а шведы в «Валландере» разгулялись — то живых лебедей подожгут, то овчарку свяжут и бросят в снег. И люди так натурально орут и отбиваются, что после просмотра спится плохо.

Я бросила сериал, не досмотрев 7 серию 1 сезона. Пойду посмотрю британский: он должен быть полегче и похудожественнее.

Bron|Broen. Мост 2 сезон

tumblr_mte4d6J3vO1r5565fo1_r1_1280-1024x1024

Драматично закончился сезон! Пожалуй отмечу, что конец расследования немного размыл личные драмы героев.

Итак, на экране всё те же: добряк и бабник Мартин, асоциальная Сага (Сога-Сэга) — словом, те же в тех же декорациях. Интерес вызывает новый персонаж — полицейский Расмус, который вечно поперек батьки в пекло — то террористов спугнет, то убийцу до аэропорта подкинет — за что и огребает регулярно.

Итак, во второй десятке серий Мартин борется с личными демонами. Прошло тринадцать месяцев с тех пор, как Сага выстрелила Мартину в плечо и ранила основного антагониста первого сезона Йенса. Йенс был осужден на пожизненное, скучает в суперкомфортной камере-одиночке и в свободное время от нечего делать мерещится Мартину. Мартин поседел, временно отселился от жены. Чтобы избавится от навязчивых мыслей он бросает психотерапию и принимается доставать Йенса в тюрьме. Он носит ему материалы текущего расследования, чтобы пробудить «прежнего Йенса-полицейского», прихватывает к ужину шаверму и дорогой кофеин — всё только для того, чтобы внушить Йенсу чувство вины. Сначала Йенс издевается, а Мартин злится, но после они постепенно меняются ролями. Йенсу в тюрьме скучно, Интернета нет, слишком много времени на раздумья — он не смог не проникнуться. Подрагивающая губа Мартина сменяется снисходительной усмешкой, Йенс краснеет глазами от раскаяния и казалось бы всё настолько в порядке, что Мартин решает запатентовать свой способ борьбы с прошлым и отрабатывает его на Саге…. Но вдруг Метте снова бросает мужа, Йенс снова появляется в оконном стекле, и Мартин решает всё радикально (хотя сие еще не доказано).

Сага пытается строить отношения с мужчиной по имени Якоб и даже — о чудо! — начинает жить с ним в одной квартире. То, что Якоб не замечает ее милые «Мне неинтересна твоя работа» поневоле наталкивает на мысль, что шведки в массе не слишком нежны и сентиментальны. Но в середине второго сезона вдруг оказывается, что Сага — не такая уж заветренная сырная корочка и если ее надкусить, что можно обнаружить кое-какие чувства: она умеет обижаться, однако, совсем не умеет любить. С Якобом у нее, конечно же, ничего не выходит, зато есть время блеснуть в расследовании. Особенность Саги (я не раз читала, что это скорее всего синдром Аспергера) делает ее хорошим полицейским, потому что не позволяет ей отвлекаться на то, на что легко отвлекаются обычные люди: например, на слюнявые речи о любви к детям от няньки с синдромом Мюнхгаузена. Сага вызывает у зрителя тонны симпатии не только умением делать влажные глаза, но и способностью в одиночку скрутить парочку экотеррористов. Из задела на третий сезон: Сага крепко нашалила в прошлом, спасая свою сестру от своей сумасшедшей матери.

— Я совершила преступление, — шепотом признается она Мартину в лифте.

О расследовании: основной стержень сезона — экотерроризм. Преступления, как и в первом сезоне, начинаются с напыщенных речей о вселенской справедливости, уничтожении жаб и прочих бабочек и пронизаны стремлением устроить массовый экстерминатус человечеству исключительно из добрых чувств к земному шарику. Но, как и в первом сезоне, расследование постепенно проливает свет на истинные личные (и довольно пошленькие) мотивчики преступников, которые, впрочем, в десятой серии вновь обрастают пафосом. Конец открытый: непонятно, удалившийся человек в черном — это задел на третий сезон или просто воплощение зла, что правит миром, пожелавшее остаться неизвестным…

Сюжет второго сезона «Моста» украшен списком предсмертных желаний, лейсбийскими романами, потрясающими интерьерами и пейзажами и пронизан инцестуальным душком. Перед просмотром запаситесь пледом: если будете смотреть внимательно можете слегка продрогнуть. Скандинавские неонуар — он такой… Пронизывающий и прохладный.

Фразы сезона:
«Вы же датчанка, это вы должны предаваться пороку, а я, как шведка, должна возмущаться», — две безупречные фрау делят косяк с лечебной марихуаной перед тем, как разделить постель.

«А у меня утром месячные начались», — Сага пытается поддержать беседу за кофием и датскими ватрушками. То, что Сага не умеет общаться, мы еще из первого сезона для себя вынесли. На ее неумении общаться угрюмые скандинавы решили построить угрюмый скандинавский юмор.

«Мне страшно», — произносит отравленная женщина-полицейский в эфир своим коллегам перед тем, как приставить пистолет к виску. Это великолепно сыгранная, мощная сцена, которая заставляет зрителя дрожать всем телом.

Хелльфьорд, Лиллехаммер и горящие бревна

После просмотра длинного и нудного фильма Thale (превосходный образчик скандинавского нео-нуара) я заинтересовалась: а нет ли чего примечательного среди норвежских сериалов? На беду первым мне попался совершенно отвратительный «Хелльфьорд». Кровь, кишки, слюни, рвота, убитые животные, мерзкий секс и завораживающая природа присутствуют. История о пакистанском эмигранте, работающем в конной полиции. Во время национального праздника (17 мая?) его лошадь оступилась и сломала ногу, а он из жалости попытался ее пристрелить на глазах у детишек. Лошадь дохнуть не пожелала, но залила кровищей и агоническим ржаньем центральную улицу Осло. Ролик с его зверствами попал на ютюб и ГГ сослали на север, в городок Хелльфьорд, работать единственным полицейским в городе. В городе, естественно, имеется журналистка, которая «точно знает», что в городе творится «что-то странное». Что именно я так и не узнала, потому что не стала смотреть вторую серию.

Вторым я взяла «Лиллехаммер» — норвежско-американский продукт, добротный, как советские галоши. Престарелый нью-йоркский гангстер настучал на своего босса и по программе защиты свидетелей отправился в Лиллехаммер. Там он завел роман с училкой, приструнил дерзкого араба, научил робкого школьника, потомка викингов, отравленного евротолерастией и «взаимным уважением и диалогом» подкладывать камни в варежки (бешено одобряю!!!), после чего взялся строить северный лиллехаммерский Лас-Вегас в отдельно взятом баре. В наличии обаятельные актеры (хоть ни у кого нет ровных и белых зубов) и норвежская преступность (а то рисуют землю обетованную, сказочное Межфьордье). Что улыбнуло: «норвегизирование» гангстерской формы допроса. Поймав супостата из наехавшей на их бар группировки, ГГ и его помощник пустили пленника полетать связанным на лыжах с трамплина, а внизу поймали и пригрозили спустить еще раз, после чего допрашиваемый отвел ГГ к своему боссу. Хоть Лиллехаммер мне и понравился, но смотреть дальше я не стала: мне не близка вся эта мобстер-романтика. Да и фьордов нет, сплошные снега…

Я собираюсь вернуться к этим двум сериалам в ближайшее время и пересмотреть свежим глазом с начала.

Что касается горящих бревен, упомянутых в заголовке, то я имела в виду Slow TV, а точнее Национальный Вечер Горящего Дерева. Я, наконец-то, нашла, где его можно посмотреть. Но это отдельный разговор…