Мегеры сняты с публикации

лгбт законВ связи с принятием закона о защите традиционных ценностей мою книгу «Мегеры» предписано снять с публикации из-за «изображения привлекательности нетрадиционных сексуальных отношений и предпочтений».

Целиком? Книгу придется убрать из информационного пространства полностью: ее больше нельзя продавать, покупать, распространять бесплатно или выкладывать по главам в блоге.

Почему? Штраф для меня (или вас, если вы вдруг решите торгануть ею на Авито) — 200 (двести) тысяч рублей, для площадки — 5 (пять) миллионов рублей.

В чем причина? В книге присутствует сцена соития между двумя мужчинами, а также несколько вог-балов, где в одном месте сходятся лица нетрадиционной ориентации, транс-персоны и несовершеннолетние персонажи (все относительно невинно). В книге есть насилие над детьми (традиционно ориентированное).

Как исправить? Книгу в соответствии с повесткой переписать нельзя. Из книги вог не выкинешь.

Если вы покупали печатные экземпляры, сохраните их, пожалуйста, для потомков. Вряд ли ЛГБТ-закон отменят, но, надеюсь, мы не докатимся до сожжения книг.

Шесть минут до конца лета

Женя Ольшанских — друг на час, лучшая в Белых Горах. Этим летом у нее в друзьях два айтишника, библиотекарь, политический активист, преподаватель анатомии и «черная вдова». И вроде всё хорошо, и вроде всё как обычно, пока однажды Женя не остается стоять посреди своей гостиной, зажав в руке гранату-«лимонку» с выдернутой чекой…

ГДЕ КУПИТЬ?

ЛитРес (электронная, 200 руб.)
Читай-город (печатная, 599 руб.)
Буквоед (печатная, 653 руб.)
Ридеро (печатная, 495 руб.; электронная, 200 руб.)
Амазон (электронная, $4.55)
Озон (электронная, 200 руб.)
Озон (печатная, 706 руб.)

На XVI Санкт-Петербургском международном книжном салоне

Дневник Комяхова

Однажды в мрачном ноябре, в пустой смоленской квартире без света, я разбирала архив покойной тетушки. Там были исписанные ежедневники, старые письма, выцветшие фотографии, диссертация по анатомии человека и одна старая тетрадка.

На первой странице аккуратным почерком было написано: «Дневник старшего лейтенанта Комяхова Анатолия Гурьевича». Дальше начиналась запись от 10 февраля, и одна фраза впечатлила меня до слез.

Мы думаем сейчас о предстоящей встрече, она будет радостной после победы, и за нас не беспокойтесь. Вам за нас стыдно не будет. Мы оправдаем ваши надежды.

Читать далее Дневник Комяхова

Отзыв: «Ангелы играют рок» Алисы Русиновой

Кайф, а не книга! Блестящие топики на красивых телах, путешествия во времени, фан и немного наркотиков, лёгкие знакомства, легко перерастающие в вечную дружбу, и рок-н-ролл — юная, упругая, загорелая книга, в которой постоянно кого-то тошнит в углу!

Читать далее Отзыв: «Ангелы играют рок» Алисы Русиновой

Отзыв: «Исповедь миллениала» Адель Нигматзяновой

— Вы бестолковые и все время ноете, — тиранят нас бумеры.
— Вы агрессивные, одинокие и зациклиненные на деньгах, — клеймят нас зумеры.
— Ну, есть немножко, — покорно соглашаемся мы.

Адель и ещё девятнадцати людям в книге «Исповедь миллениала» удалось набросать широкими мазками портрет поколения Y, а мне посчастливилось её прочитать. Итак, что же у нас есть?

Гибкость ума и живое воображение. Самостоятельность, ибо нам некому помогать.
Стресс.
Хейт.
Разобщённость, которая убивает все начинания.
Самопиар, который ловко подменил талант (мы могли бы двинуть искусство вперёд, но нас все время охаживают плетьми продажники).
И в то же время мы — первое поколение, что единым фронтом против насилия, вплоть до травоядности.
Мы очень внимательны к себе и своему внутреннему огню, и у этой внимательности есть обратная сторона. Она порой переходит в душный эгоцентризм, который ещё и преподносится как ценность.

Читать далее Отзыв: «Исповедь миллениала» Адель Нигматзяновой

Эволюция обложки

Обложки трилогии «Город Б» я меняла несколько раз — пришлось учиться основам дизайна на ходу. Этот пост создан для контроля версий и для того, чтобы вы, если скачали и купили какую-то из первых трех моих книг, понимали, что именно вы сейчас будете читать.

Читать далее Эволюция обложки

Как прогоркает мыло

Чтобы получить несколько кусков прогорклого мыла для Анны Петровны, я купила шесть упаковок «Весны». Всё, что написано в книге о вымышленном мыле «Лето», это на самом деле о «Весне». У него действительно странная мыльная основа, которая под воздействием света и воздуха меняет цвет на неприятно-желтый, а свой цветочный аромат — на запах старой помады. Как выяснилось, за два месяца.

Читать далее Как прогоркает мыло

33 бруска

В романе «Шесть минут до конца лета» у каждой части — свой герой, свои обстоятельства и свой набор мыла — и мыло здесь почти самостоятельный персонаж. Для вдохновения пришлось задействовать 33 бруска и 2 горки стружки. Ниже отрывки текста и фото мыла, которое я, пока писала, держала в левой руке. Похоже вышло?

Читать далее 33 бруска

Продать как любовь

Под видом любовного романа можно продать что угодно. Нужны лишь обложка покрасочней и пораскованней и аннотация с акцентом на любовную линию. Например: он — травмирован, одинок и расчесывает до язв свои лодыжки. Она — статная красавица, но носит красный кушак Молодежного Антиполового Союза. Они встречаются взглядом только в столовой Министерства Правды и на двухминутках ненависти… Что их ждет? Или вот: юная волшебница очень изменилась за лето. (get it?) Но ее большая любовь — рыжий длинноносый однокурсник — внезапно предпочитает ей девчонку с загадочным именем — Лаванда…

Ну, понятно, короче, да?
Позапрошлым летом мне захотелось изучить порталы, где продается массовая литература. Я зарегистрировалась и выложила на одном из них трилогию «Город Б» и «Мегеры». Результат нормальный: продажи были, я заработала немного денег, чтобы тут же спустить их на рекламу (подробности в Телеграме). И чтобы понравиться администрации, я замаскировалась: переделала обложки и аннотации. В любовные. С элементами фэнтези.

Вернуть деньги никто из читательниц не потребовал.
Кстати, сравните аннотации: какая лучше?

Читать далее Продать как любовь

Литература и бренды

Можно ли вставить название бренда в текст художественного произведения? Авторы обычно говорят радостное «да» или «ачотакова?». Знаменитым за это платят, поэтому неизвестные над этим редко задумываются.

Но, оказалось, всё не так просто. Оказалось, что упоминание бренда в книге — это вроде взрывчатки без таймера. В смысле, вставишь — и неизвестно, когда рванет. Потому что теоретически бренд в любой момент может потребовать прекратить незаконное использование товарного знака (вероятно, если им не понравится контекст), а это значит, что придется снять книгу с продажи и переписать.

Читать далее Литература и бренды